Пушкин и социокультурные аспекты «пира во время чумы»

Содержание пьесы

Краткий пересказ событий, происходящих в произведении, не займет много времени. Действие происходит в Лондоне в 1665 году во время эпидемии чумы. В городе все скорбят от количества смертей. На одной улице несколько мужчин и женщин собрались за столом, чтобы беззаботно предаться веселью. Они возглашают тосты, поют песни, вспоминают умерших.


Одну песню начинает петь Мери. В ней она рассказывает о своей жизни, которую сломала эпидемия, в песне она просит, чтобы ее возлюбленный после ее смерти к ней не приближался, а бежал прочь и продолжал жить.

Часть гостей начинает хвалить Мэри, часть – критиковать. Во время бурного обсуждения за окном провозят тележку с мертвыми. Начинает петь Вальсингам, призывая не унывать и не терять надежды.

Затем к пирующим подходит священник и начинает их критиковать за такое поведение. Его прогоняют из дома.

Только Вальсингам внезапно понимает, что священник прав, и начинается оправдывать такое поведение ужасом и страхом, говорит о том, что в его доме пусто, и он не может туда вернуться. Священник просит прощения у него и окончательно уходит. Пир в это время продолжается, все веселятся, и только председатель погружен в задумчивость, не принимает участие в пире.

Краткое содержание трагедии

За накрытым столом сидят мужчины и женщины, идет пир. Один из гостей вспоминает про своего друга веселого Джексона. Своими шутками и остротами он смешил народ. Его веселье могло оживить любое застолье, разогнать мрак, в котором оказался город из-за свирепствующей чумы.

После смерти Джексона его место за столом так никто и не занял. Юноша предлагает выпить вина в память о нем. Председателю пира Вальсингаму кажется, что уместнее будет пить молча, и гости пьют вино в тишине.

Председатель просит молодую женщину Мэри исполнить грустную песню о ее родной стране Шотландии. А после этой песни он намерен продолжить веселиться. Звучит песня шотландки Мери. В ней она поет о своем родном крае, который процветал, богатства его увеличивались до тех пор, пока беда не обрушилась на него. Веселый и трудолюбивый край стал местом, где живет смерть и печаль. В ее песне говорится о том, как влюбленная девушка просит своего возлюбленного не прикасаться к ней и покинуть родное селение, пока чума не уйдет от них. Из ее уст звучит клятва никогда не оставлять любимого, даже после смерти.

Председатель благодарен Мэри за исполнение жалобной песни. Он догадывается, что когда-то в ее краю тоже гостила чума, которая уничтожает все живое сейчас на его земле. Мэри погружается в воспоминания. Она вспоминает мать и отца, которые любили ее песни. Вдруг слова дерзкой и язвительной Луизы перебивают размышления Мери. Луиза убеждена, что мода на такие песни уже прошла, и они нравятся только простодушным людям, которых могут растрогать женские слезы. Из уст Луизы вырывается крик о том, что она ненавидит желтизну, покрывающую эти шотландские волосы.

Председатель прекращает спор, обращая внимание собравшихся на звук приближающихся колес. Оказывается, что этот стук принадлежит телеге, нагруженной трупами

Это зрелище плохо действует на Луизу. Она падает в обморок, а Мэри приводит ее в сознание. По мнению председателя, обморок Луизы — это доказательство того, что нежность сильнее жестокости. Придя в себя, Луиза объясняет причину произошедшего. Она «видела» черного белоглазого демона, звавшего ее в телегу, наполненную мертвыми телами. Луизе непонятно, сон это был или явь.

Луизу успокаивают, потому что черной телеге разрешено ездить по всему городу. Теперь просят спеть и председателя, чтобы прекратить споры и разогнать тоску. Его просят исполнить веселую песню. Но председатель исполняет гимн чуме. Он восхваляет чуму за то, что она полна неведомого упоения. Человеку, стоящему на пороге жизни и смерти, она дарит это упоение. Он считает, что повезло человеку, способному испытать это чувство, и оно может стать залогом бессмертия.

Во время пения Вальсингама появляется священник. В адрес собравшихся от него звучат слова упреков. Устроенный пир он называет безбожным. Тишина похорон нарушена их восторгами. Пирующим смешны его слова. Он просит о прекращении чудовищного пира, если они хотят встретиться с душами любимых людей на небесах после смерти. Священник просит их отправиться по домам. Он напоминает Вальсингаму, что прошло всего лишь три недели, как умерла его мать, и как он горевал после ее смерти. Священник уверен, что она глядит с небес на своего сына и плачет.

Священник просит Вальсингама идти за ним, но тот непреклонен. Он отказывается идти домой, боясь страшных воспоминаний и опустевшего родного дома. Он тоскует по умершей жене, присутствующая женщина предполагает, что он сошел с ума. Долгие уговоры священника не действуют на Вальсингама, и он остается пировать.

Испанка

В XIX веке грипп был хорошо известен как «английская болезнь» из-за его активности в промозглую и холодную погоду, но серьезно к нему не относились: куда больше в то время врачей занимал туберкулез.

Благоприятную почву для эпидемии испанки создала Первая мировая война. Лишения, холод, антисанитария, вспышки тифа и недоедание подорвали иммунитет людей и сделали их более уязвимыми для инфекции. А передвижения солдат на огромные расстояния способствовали быстрому распространению инфекции.

Вероятно, новый тип гриппа в Европу завезли китайские рабочие, которые приезжали на заработки: шла война, рук не хватало. Существует также теория, что испанка — результат мутации штамма, который передался человеку от домашней птицы.

Новый тип гриппа, по сути, не имел отношения к Испании: первые больные были зарегистрированы в госпитале военной базы Форт-Райли в США в 1918 году. Но уже через несколько недель ею начали болеть и в Европе. Чтобы не спровоцировать панику, врачи молчали и не делали никаких заявлений.

Сюжет пьесы «Пир во время чумы» с цитатами

На улице стоит стол, уставленный богатыми яствами. За ним сидят несколько юношей и девушек. Один из присутствующих, молодой человек, обращается к компании и напоминает всем о беззаботном Джексоне, чьи шутки неизменно поднимали всем настроение. Однако теперь неунывающий Джексон, став жертвой свирепой чумы, лежит в холодном гробу. Молодой человек предлагает поднять бокалы вина в память о близком друге «с веселым звоном рюмок, с восклицаньем, как будто б был он жив».

Председатель соглашается с предложением почтить память Джексона, который первым выбыл из их дружеского круга. Но только хочет сделать это в тишине. Все соглашаются.

Председатель просит Мери, чей голос «выводит звуки родимых песен с диким совершенством», спеть честной компании грустную песню, чтобы затем вновь с удвоенной силой обратиться к веселью.


Девушка поет о своей родине, которая совсем недавно процветала, но теперь превратилась в пустошь – закрыты школы и церкви, некогда щедрые поля пришли в запустение, не слышны веселые голоса и смех местных жителей. И только на кладбище царит оживление – один за другим сюда приносят гробы с жертвами чумы, и «стенания живых боязливо бога просят упокоить души их».

Председатель благодарит Мери «за жалобную песню», и предполагает, что на родине девушки в свое время бушевала такая же страшная эпидемия чумы, как и та, что уносит сейчас жизни людей.

Внезапно в их разговор вмешивается  решительная и дерзкая Луиза, утверждающая, что подобные заунывные песни уже давно не в моде, и лишь наивные души «рады таять от женских слез».

Председатель просит тишины – он прислушивается к стуку колес телеги, нагруженной трупами. При виде этого страшного зрелища Луизе становится плохо. Своим обмороком девушка доказывает, что она жестока и бессердечна лишь на первый взгляд, на самом же деле в ней скрыта нежная, ранимая душа.

Придя в себя, Луиза делится странным сном, что привиделся ей во время обморока. Страшный демон – «весь черный, белоглазый» – звал ее в свою страшную телегу, наполненную мертвецами. Девушка не уверена, был то сон или явь, и задает этот вопрос своим друзьям.

Молодой человек отвечает, что, хоть они и находятся в относительной безопасности, но «черная телега имеет право всюду разъезжать». Для поднятия настроения он просит Вальсингама спеть «вольную, живую песню». На что председатель отвечает, что споет не веселую песню, а гимн в честь чумы, который он сам написал в минуту вдохновения.

В мрачном гимне возносится хвала чуме, которая не только «льстится жатвою богатой», но и дарует небывалое упоение, которое может ощутить сильный духом человек перед смертью.

Тем временем к пирующим приходит священник, который упрекает их в неуместном, кощунственном веселье во время столь страшного горя, охватившего весь город. Старец искренне возмущен тем, что их «ненавистные восторги смущают тишину гробов», и призывает молодых людей опомниться.

Пирующие прогоняют священника, но тот умоляет их прервать чудовищный пир и разойтись по домам. В противном случае они никогда не смогут встретиться на небесах с душами своих родных и близких.

На что Вальсингам отвечает, что «юность любит радость», а дома царит мрачное настроение. Священник напоминает юноше, что тот сам три недели назад похоронил мать, и «с воплем бился над ее могилой». Он уверен, что несчастная женщина со слезами на глазах наблюдает за своим пирующим сыном.

На приказ священника Вальсингам отвечает решительным отказом, поскольку на пиру он удерживается «отчаяньем, воспоминаньем страшным», и он попросту не вынесет ужас мертвой пустоты своего дома. Председатель просит священника ступать с миром и не докучать им своими проповедями.

Удаляясь, священник в своем последнем слове упоминает чистый дух Матильды – умершей жены Вальсингама. Услышав имя горячо любимой супруги, председатель утрачивает душевное равновесие. Его печалит, что душа Матильды  взирает на него с небес и видит его не таким «чистым, гордым, вольным», каким всегда считала его при жизни.

Священник в последний раз просит Вальсингама покинуть пиршество, но председатель остается. Но он уже не предается, как прежде веселью – все его мысли витают где-то очень далеко…

Заключение

В своей книге Пушкин показывает страх смерти в качестве катализатора человеческой сущности. Перед лицом неминуемой гибели все ведут себя по-разному: кто-то находит утешение в вере, кто-то пытается забыться в разврате и веселье, кто-то изливает свою душевную боль в лирике. Но перед смертью все равны, и скрыться от нее нет никакой возможности.

Историческая справка

Первую чумную эпидемию датируют 551 годом нашей эры, она разразилась на Ближнем Востоке и продолжалась порядка 30 лет. В 1090 году чума стала уносить жизни в Киевской Руси. Пандемия также затронула западно-европейские страны.

Фото бубонной чумы наглядно демонстрируют насколько страшная это болезнь. В давние времена ей приписывали дьявольскую силу, воспринимали как божью кару, которая обрушивалась на головы грешников. В исламской религии единственным спасением от чумы считали молитву. Чтобы остановить болезнь, проводили религиозные ритуалы. А очередной случай заболевания воспринимали как повод для охоты на ведьм.

Из-за чумы истребляли не только людей, заподозренных в колдовстве, но и животных. Бытовало мнение, что инфекцию распространяют кошки, якобы они служат Сатане и должны быть уничтожены. Ситуацию с болезнью это не исправило. После истребления кошек населенные пункты наводнили крысы еще интенсивнее распространявшие заразу.

Основная причина крупных эпидемий – отсутствие элементарной санитарии. В прошлые века люди мало внимания уделяли гигиене и даже ошибочно считали, что распространение болезни происходит с водой.

Как лечили чуму в Средние века?

При своей высокой смертности бубонная чума не всегда была приговором для человека: некоторые люди выздоравливали спонтанно. Впрочем, происходило это довольно редко. Бубонная чума часто осложнялась чумной пневмонией и переходила в легочную форму, после чего инфекция могла распространяться воздушно-капельным путем. При худшем сценарии бубонная чума переходит в септическую, в результате чего развивается чумная бактериемия. В этом случае заразиться можно как при непосредственном контакте с телом больного, так и через блох.

Фото: википедия

Однако в Средние века об этом еще ничего не знали. Основным методом борьбы с распространением инфекции тогда был огонь. Считалось, что при любой стадии чумы заразиться можно, просто прикоснувшись к вещам больного (или уже покойного) человека, поэтому все его имущество старались как можно скорее сжечь. Проблему это, конечно же, никак не решало. О том, чтобы найти источник болезни, и говорить не приходится: Средние века были временем суеверий, охоты на ведьм и веры в черную магию, поэтому тогдашние жители Европы охотнее поверили бы в проклятье сатаны или гнев бога, ниспосланный на них с небес, нежели в переносящих заразу блох и крыс.

Правда, стоит все-таки отдать должное врачам того темного времени: уже тогда доктора носили противочумные костюмы. Этот знаменитый образ чумного доктора хорошо знаком каждому, кто хоть раз выбирал костюм для Хеллоуина. Противочумной костюм представлял собой полный комплект защиты, который носили врачи, чьей обязанностью было лечение больных чумой. Он включал в себя выполненные из вощеной кожи плащ, брюки, перчатки, ботинки, шляпу и, конечно, знаменитую маску в форму клюва. Считалось, что она придавала доктору сходство с древнеегипетским божеством и отпугивала болезнь

Но на самом деле у этого «клюва» было важное практическое предназначение: он защищал врача от страшного чумного смрада, который наполнял города Европы того времени. Кончик маски был заполнен сильно пахнущими травами, а так как доктор для профилактики постоянно жевал чеснок, то у его «носа» была двойная функция – окружающие тоже были защищены от зловонного дыхания врачевателя

А чтобы врач не задохнулся от всего этого обилия ароматов, в «клюве» имелись два вентиляционных отверстиях. Глаза доктора также находились под защитой благодаря стеклянным вставкам. Таким образом, можно сказать, что маска чумного доктора была вполне неплохим прообразом противогаза.


Фото: википедия

Анализ пьесы Александра Сергеевича Пушкина «Пир во время чумы»

Пьеса «Пир во время чумы» была написана в 1930 г в Болдине и напечатана в 1832 г. в альманахе «Альциона». Для своей «маленькой трагедии» Пушкин перевёл отрывок драматической поэмы Джона Вильсона «Город чумы». В этой поэме изображается эпидемия чумы в Лондоне в 1666 г. В произведении Вильсона 3 акта и 12 сцен, множество героев, среди которых главный – благочестивый священник.

В 1830 г. в России свирепствовала холера. Пушкин не мог приехать из Болдина в оцепленную карантинами Москву к невесте. Эти настроения поэта созвучны состоянию героев поэмы Вильсона. Пушкин взял из неё наиболее подходящий отрывок и полностью переписал две вставные песни.

Цикл из четырёх коротких драматических отрывков уже после смерти Пушкина стал называться «маленькими трагедиями». Хотя герои пьесы не умирают, но их смерть от чумы почти неизбежна. В «Пире во время чумы» зарифмованы только оригинальные песни Пушкина.

Страсть, которую изображает Пушкин в этой пьесе – страх смерти. Перед лицом неминуемой гибели от чумы люди ведут себя по-разному. Одни живут так, будто смерти не существует: пируют, любят, наслаждаются жизнью. Но смерть напоминает им о себе, когда телега с мёртвыми проезжает по улице.

Другие ищут утешения в Боге, смиренно молясь и принимая любую волю Божью, в том числе и смерть. Таков священник, уговаривающий пирующих разойтись по домам и не осквернять памяти умерших.

Третьи не хотят быть утешенными, они в поэзии, в песнях переживают горечь разлуки, смиряются с горем. Это путь шотландской девушки Мери.

Четвёртые, как Вальсингам, не смиряются со смертью, но побеждают страх смерти силой духа. Оказывается, страхом смерти можно наслаждаться, потому что победа страха смерти – это залог бессмертия. В конце пьесы каждый остаётся при своём: священник не смог переубедить пирующих во главе с председателем, они же никак не повлияли на позицию священника. Только Вальсингам глубоко задумывается, но, скорее всего, не о том, хорошо ли он поступил, когда не пошёл за священником, а о том, сможет ли он и дальше противостоять страху смерти силой своего духа. Этой финальной ремарки у Вильсона нет, её вводит Пушкин. Кульминация, момент наивысшего напряжения (минутная слабость Вальсингама, его порыв к благочестивой жизни и к Богу), не равна здесь развязке, отказу Вальсингама от этого пути.

Главный герой – председатель пира Вальсингам. Он смелый человек, который не хочет избегать опасности, а встречается с ней лицом к лицу. Вальсингам не поэт, но ночью он сочиняет гимн чуме: «Есть упоение в бою, И бездны мрачной на краю…» Председатель учится наслаждаться смертельной опасностью: «Всё, всё, что гибелью грозит, Для сердца смертного таит Неизъяснимы наслажденья – Бессмертья, может быть, залог!» Даже мысли о погибшей три недели назад матери и недавно умершей любимой жене не колеблют убеждений председателя: «Нам не страшна могилы тьма…»

Председателю противопоставлен священник – воплощение веры и благочестия. Он поддерживает на кладбище всех, кто потерял родных и отчаялся. Священник не приемлет другого способа противостояния смерти, кроме смиренных молитв, которые позволят живым после смерти встретить на небесах возлюбленные души. Священник заклинает пирующих святою кровью Спасителя прервать чудовищный пир. Но он уважает позицию председателя пира, просит у него прощения за то, что напомнил ему об умерших матери и жене.

Молодой человек в пьесе – воплощение жизнерадостности и энергии молодости, не смиряющейся со смертью. Пирующие женщины являют собой противоположные типы. Печальная Мери предаётся тоске и унынию, вспоминая счастливую жизнь в родном доме, а Луиза внешне мужественна, хотя и пугается до обморока телеги, наполненной мёртвыми телами, которую везёт негр.

Образ этой телеги – это образ самой смерти и её посланника – чёрного человека, которого Луиза принимает за демона, чёрта.

В этой пьесе конфликт идей не приводит к прямому противостоянию, каждый остаётся при своём. Только глубокие раздумья председателя свидетельствуют о внутренней борьбе.

Сюжет пьесы полностью заимствован, но лучшие и главные части в ней сочинены Пушкиным. Песня Мери – лирическая песня о желании жить, любить, но невозможности сопротивляться смерти. Песня председателя раскрывает его мужественный характер. Она — его жизненное кредо, его способ противостать страху смерти: «Итак, хвала тебе, Чума, Нам не страшна могилы тьма…»

Истоки возникновения чумы

Существует несколько версий возникновения и распространения заболевания.

Фото 10 – крепость Кафа во время осады ханом Джанибеком

По одной из них, чума пришла с Востока, и татары принесли ее в Крым. Во время осады генуэзской крепости Кафы (сейчас это Феодосия) ордынский хан Джанибек нес ужасные потери от болезни, косившей его воинов. Хан принял решение снять осаду, но напоследок с помощью катапульты через крепостную стену перебросили еще не остывший труп воина, умершего от чумы.

В городе началась эпидемия, и жители спешно покинули крепость и отправились домой. Потом болезнь дошла до Европы. Однако с этой теорией не позволяет согласиться только один факт — переносчиками чумы не являются ни трупы, ни исходящий от них запах! Но, так или иначе, хроники свидетельствуют, что в 1346 г. в Крыму погибло около 85 000 человек. 1 ноября 1347 г. первая вспышка чумы была отмечена в Марселе, а уже через три месяца смертоносная зараза распространилась по всему югу Франции. К началу 1348 г. эпидемия расползлась по Испании. Она стала причиной смерти королевы Арагона и короля Кастилии.

Фото 11 – «эпизод чумы во Флоренции», художник Франсуа Пико

Ученые полагают, что быстрое распространение чумы могло произойти из-за низкого уровня иммунитета людей, подорванного другими, не менее опасными болезнями — туберкулезом, оспой, холерой и т. д. Оставляло желать лучшего и питание большинства населения.

Еще одной причиной быстрого распространения заразы могла быть большая скученность населения, особенно в крупных городах.

К 1351 г. чума обошла весь континент. По утверждению средневекового историка Фруассара, погибло более 25 миллионов человек, что составляло треть населения Европы. Эту оценку подтверждают и новейшие исследования. Черная смерть миновала, но болезнь осталась. Чума возвращалась еще в 1361 году, 1369 году, и давала о себе знать все реже до конца XV столетия.

Две категории людей, больше всего погибавших во время Черной смерти, — это врачи и священники

А вот французский врач XIV века Ги де Шолиак действовал по-другому. Считается, что когда он сам заболел, то укрылся от людей (самоизоляция?), сам себе вскрывал чумные бубоны и прижигал их. И выжил! И потом так лечил других людей. А папа римский в благодарность за совет — общаться с людьми, только укрывшись за горящим пламенем — разрешил Шолиаку вскрывать тела умерших — так что он оказался еще одним из первых врачей, занимавшихся анатомией.

Но как же хотелось во все времена придумать средство — не для того, чтобы лечить, а чтобы предупреждать болезни. Чего только для этого не делалось. Есть предположение, что в Х веке в Китае уже прививали от оспы. Впрочем, как написал один историк, «сведения о прививании оспы в Китае в Х веке интересно читать, но трудно проверить». А вот в XV веке в Китае уже додумались растирать оспенные струпья и вдыхать полученный таким образом пусть не очень аппетитный, но все-таки помогавший порошок. Позже придумали еще мочить вату в гное больного и вкладывать в нос здоровому или же надевать на здорового ребенка белье заболевшего. Тоже противновато, но действенно! А если вспомнить, сколько миллионов людей умирали или оставались изуродованными оспой, то ясно, что можно было и потерпеть.

Новое время: «дикие» восточные способы проникают на Запад


В XVIII веке эти восточные способы, долго казавшиеся европейским врачам совершенно дикими, все же стали постепенно проникать на Запад. Леди Мэри Монтегю, жена британского посла в Стамбуле, сама была изуродована оспой, а ее 20-летний брат умер от болезни. Оказавшись в Османской империи, она, к изумлению своему видела, что «оспа, которая столь губительна у нас, здесь совершенно безопасна». В Турции к этому времени уже давно прививали девочек в гареме султана, чтобы болезнь не обезобразила их, а из гарема прививки распространились и на людей попроще.

Леди Мэри Монтегю со своим сыном Эдвардом и мемориал Мэри Уортли Монтегю в Личфилде. 

Доктор Чарльз Мейтленд, по просьбе леди Мери, привил в Стамбуле ее сына, а потом, после возвращения в Англию, и дочь. Другие врачи возмущались столь «варварскими» действиями, но королевская семья заинтересовалась — три дочки Георга II болели оспой — болезнью, которая не знала классовых перегородок. Одна из его дочерей осталась на всю жизнь обезображенной. Все это вызывало желание попробовать привиться. Мейтленду «выделили» шестерых преступников, приговоренных к смертной казни, которым за участие в эксперименте была обещана свобода. Когда оказалось, что все шестеро живы и здоровы, королевские дети тоже получили прививки

Хочу поблагодарить Евгения Ройзмана, который недавно обратил мое внимание на то, что в России в такой же ситуации Екатерина II повела себя благороднее и отважнее. Она не стала экспериментировать ни на преступниках, ни на крепостных, а сразу приказала пересадить ей самой «оспенный материал», взятый из струпьев шестилетнего сына вахмистра Александра Маркова (позже в благодарность он получил дворянство и стал Марковым-Оспенным)

Когда через неделю императрица пришла в себя от недомогания, вызванного прививкой, то приказала привить наследника, — а ее примеру, конечно же, последовало множество аристократов.

Натуральная оспа

Достоверные сведения о заболеваниях натуральной (или черной) оспой существуют со времен Римской империи. Ученые полагают, что человеку оспа передалась от верблюдов в начале эры на Ближнем Востоке. Оспа — высокозаразная вирусная инфекция, смертность от которой составляет от 30 до 90%, вероятность заразиться ею у человека без иммунитета или прививки — 100%. 

У выживших оспа приводила к бесплодию, слепоте, уродовала лицо и тело глубокими рубцами. Известны эпидемии натуральной оспы в Китае в IV веке, в Японии в 737 году — тогда от нее умерло 30% населения страны. В VIII веке оспа пришла в Индию — после этого в индуизме появилась сварливая богиня оспы Шитала. Считалось, что она насылала оспу в наказание за проступки: кидала свое ожерелье в людей, и те, в кого попадали бусины, заболевали. В IX веке оспа поразила Францию, в X и XIV веках — Русь. Традиция русских дворянок сильно белиться появилась именно тогда: женщины накладывали на лицо толстый слой косметики, чтобы скрыть уродливые оспины на коже. 

История написания

В них описана жизнь Лондона во время эпидемии. Там много персонажей разного характера: убийцы, астрологи, девушки, молодые люди. История написана в романтическом ключе, имеет слабую фабулу и размытый сюжет.

В 1830 году Пушкин прочитал это произведение. Через некоторое время он побывал в Болдине, который был окружен карантинными зонами, а до этого посетил госпиталь, в котором видел больных чумой людей. Это повлияло на его задумку написать что-то на эту тему.

Из обилия сцен в пьесе Вильсона Пушкин выбрал эпизод про пир. Этот отрывок текста он обработал в своем стиле, наполнил отдельной идеей, своей стилистикой, поэтикой, целостностью. В оригинальной пьесе сюжет не заканчивается на уходе священника, после этого еще происходят разговоры, объяснения в любви и даже дуэль.

Пушкин же сместил акценты, выделил этот эпизод как особенный, кульминационный, что сделало образ священника центральным, воплощением совести и правды. Это и придало пьесе целостность и завершенность, чего не хватало оригинальному тексту.

Сюжет и композиция

Элементы сюжета – отрывки песен, стихов, зарисовки поведения людей, которые пируют. Одни смирились со смертью, другие – продолжают жить, третьи – пытаются не думать об этом.

Из разнообразия поведения складывается общая картина общества во время эпидемии: безысходность, растерянность, неопределенность.

Кульминационный момент пьесы – появление священника, который критикует веселящихся людей. Он обращается к ним с просьбой одуматься и переосмыслить свою жизнь, говорит, что такое поведение во время всеобщего горя неуместно.

Конфликт пьесы заключается в том, что в ней отсутствует любая внешняя борьба: люди сталкиваются со сложными философскими вопросами, смертью, значением жизни, но они лишь пассивные жители города, которые не хотят что-то предпринимать.

Все, что им остается – смириться со своей участью и пировать в разгар бушевания смерти. Финал пьесы – раздумья председателя – свидетельствует о том, что борьба продолжается внутри каждого участника представления.

  • внешнее действие сюжета в пьесе очень слабое – не происходит практически никаких событий, персонажи просто пьют, едят и поют песни. Развитие происходит внутри героев, напряжение их положения во время эпидемии определяется по их словам и песням;
  • все участники пира являются воплощением определенного типа отношения к смерти. Каждый из героев имеет свои причины для посещения пира. Луиза боится одиночества, Молодой человек хочет на таком мероприятии забыться, Мери пришла излить свои переживания и спеть о своей любви;
  • кульминация раскрывается не в действии, а в диалоге. Священник и Председатель разговаривают про смерть, отношение к ней и необходимость оставаться смелыми;
  • вся история наполнена песнями, стихами, монологами и диалогами.

Такой подход в описании сюжета создает атмосферу напряженности, которая существовала во времени эпидемии чумы.

https://youtube.com/watch?v=bG6ZWV8-a5w

Идея и композиция произведения

Сюжет разворачивается вокруг семейной трагедии: черная костлявая рука холера унесла с собой жизни матери и любимой Председателя. Описание «телеги, наполненной мертвыми телами» создает первые «мазки» в этом мрачном болезненном пейзаже. Все средневековое поселение охвачено эпидемией, и компания молодых людей устраивает пирушку посреди улицы, чтобы забыть о страшной реальности.

Однако веселье их скоротечно: один из компании по имени Джаксон умирает.

Сверхзадачей поэта в данном произведении является разрешение проблемы: как (и возможно ли?) человеку сохранить лицо, остаться гуманным в ситуациях, которые с ног на голову переворачивают привычную реальность, пробуждают звериные инстинкты?

Ища ответ на этот экзистенциальный вопрос, Пушкин приходит к выводу, что трагедии, накал страстей и эмоций заставляют человека чувствовать себя живым. Наполняют его жизнь хоть и мнимым, но все же смыслом:


С этим читают